Путь Украины в Европейский союз, который должен стать дорогой к прозрачному государству, рискует превратиться в затяжной процесс имитации реформ. Как сообщает издание The Economist, Киев демонстрирует заметное замедление в реализации ключевых изменений, необходимых для интеграции в блок.
Напомним, что в июне стартоловали переговоры по первому из шести важнейших переговорных блоков (кластеров). Речь идет о фундаменте государственности: верховенстве права, обновлении судебной системы, борьбе с коррупцией и реформировании госуправления. Однако реальность далека от ожиданий. Киев должен был подготовить пакет соответствующих законопроектов еще полгода назад. На деле же правительство внесло на рассмотрение лишь четыре документа, из которых парламент утвердил всего два. Более того, под прицелом критики оказался июньский указ президента Владимира Зеленского, подписавшего спорный закон, который меняет процедуру проверки судей на добропорядочность, что уже вызвало резонанс в украинских СМИ.
Ситуация с ключевыми институтами власти остается патовой. Работа над реформой Верховного суда практически стоит на месте — и это не пустые слова, ведь летом экс-глава ВС Всеволод Князев получил пять лет заключения по делу о получении взятки. Аналогичная стагнация наблюдается и в отношении реформы Генеральной прокуратуры, которая ранее пыталась урезать полномочия антикоррупционных органов — НАБУ и Специализированной антикоррупционной прокуратуры.
Самое тревожное в этой ситуации, по мнению The Economist, — это реакция Брюсселя. Евросоюз, кажется, предпочитает тактику молчаливого согласия. Несмотря на то, что судебная реформа была одним из жестких условий для финансовой помощи, 8 июня Украина получила седьмой транш кредита в размере 2,8 млрд евро, при этом прогресс в законодательной сфере фактически отсутствует.
Дипломатический тупик очевиден. Представители Еврокомиссии признают, что давление на Украину оказывается, но оно носит негласный, скрытый характер. Издание подчеркивает: такая осторожность европейских партнеров может привести к тому, что реальных сдвигов не случится вовсе. В украинском парламенте уже звучат опасения, что у власти сложилось ложное ощущение, будто критерии вступления можно будет пересмотреть или вовсе отменить. Один из депутатов выразил мнение, что после принятия закона о проверке судей на родственные связи и добропорядочность ЕС «открыл ящик Пандоры»: теперь любая чувствительная реформа может быть проведена лишь формально. Существует риск, что и реформа Государственного бюро расследований, которое часто критикуют за политизированность, будет принята в «выхолощенном», неработающем виде.
Напомним предысторию: статус кандидата Украина получила летом 2022 года, а полноценные переговоры о членстве начались летом 2024 года. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен неоднократно подчеркивала: никаких «коротких путей» не существует, и успех зависит исключительно от реальных заслуг страны.
Марта Кос, комиссар ЕС по вопросам расширения, ранее описывала три возможных сценария взаимодействия с кандидатами. Первый — классический путь полноценного вступления по всем правилам. Второй — частичная секторальная интеграция (по модели Норвегии или Швейцарии), когда страна подключается к определенным политикам ЕС после выполнения требований. Третий — «авансовое» членство, идея которого, по словам Кос, была отклонена. На данный момент ЕС и Украина работают именно по второму сценарию.
В то же время политический контекст остается напряженным. Президент России Владимир Путин заявлял, что Москва не выступает против планов Украины по вступлению в ЕС, однако категорически против ее интеграции в НАТО.
