Российская наука в последние годы столкнулась с серьезным вызовом: как обновить исследовательскую мощь, если ключевые инструменты приходится закупать за рубежом? Этот вопрос лег в основу масштабной проверки Счетной палаты, которая изучила, насколько эффективно расходовались бюджетные средства, выделенные на модернизацию приборной базы ведущих НИИ в период с 2021 по 2024 годы.
Согласно документу, оказавшемуся в распоряжении РБК, фундаментом для этих перемен стал президентский улока 2018 года. В рамках национального проекта «Развитие инфраструктуры для научных исследований и подготовки кадров» перед страной стояла амбициозная цель: к 2024 году обновить не менее половины парка оборудования в ключевых исследовательских центрах. Для этого ученым предоставлялись гранты-субсидии. Масштаб финансирования впечатляет: за четыре года на эти нужды было направлено более 54,5 миллиарда рублей. Из них львиная доля — 46,691 млрд рублей — поступила напрямую из федерального бюджета, а оставшиеся 7,0894 млрд рублей были привлечены из внебюджетных источников.
География и охват программы также внушительны. Грантовую поддержку получили 218 ведущих организаций, работающих в 38 регионах страны. Ежегодно финансирование охватывало чуть более 12% от общего числа значимых научно-исследовательских институтов. При этом сам размер «помощи» определялся Минобрнауки индивидуально: учитывались всё — от количества штатных исследователей и их публикационной активности до текущего уровня оснащенности лабораторий. В итоге разброс сумм оказался колоссальным: от скромных 4,3 млн рублей, полученных Институтом Российской истории РАН, до гигантских 1,497 млрд рублей, выделенных МГУ им. М.В. Ломоносова.
Однако за цифрами скрывается системная проблема. Аудиторы обнаружили «белое пятно» в технологической цепочке: порядка 118 наименований критически важного научного оборудования на данный момент не производятся ни в России, ни в странах, которые можно назвать дружественными. Данный факт подтверждают Минпромторг и Росстатент. Несмотря на то, что у профильных ведомств есть данные о компаниях, способных разработать такие приборы, в текущей системе этот потенциал не используется. В связи с этим Счетная палата дала четкую рекомендацию: необходимо включать разработку подобного оборудования в государственные задания для научных организаций.
Если взглянуть на структуру закупок, картина становится неоднородной. Россия занимает первое место в списке поставщиков (35,4%, или 18,6 млрд рублей), за ней следует Китай (24,1%, 12,7 млрд рублей). При этом США (9,2%, 4,8 млрд рублей), Германия (8,1%, 4,2 млрд рублей) и Япония (4,9%, 2,5 млрд рублей) по-прежнему удерживают значительные доли рынка. Примечательно, что более половины всего закупленного оборудования (51,5%) предназначено для узких задач: измерений, проведения испытаний и навигации.
Несмотря на то, что на уровне отдельных институтов прогресс заметен, общая картина остается настораживающей. В ФИАН доля импорта удалось снизить с 77,2% до 58,5%, а в Институте проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова — с впечатляющих 66,4% до 23,9%. Но в Институте биоорганической химии РАН ситуация почти не изменилась (с 79,1% до 78,8%). В целом по всем ведущим организациям зависимость от зарубежных поставок снизилась крайне незначительно: с 61,9% в 2021 году до 59,3% в 2024-м.
Подводя итог, Счетная палата признает: федеральное финансирование действительно помогло обновить техническую базу и создало положительную динамику. Но эффективность этого процесса под вопросом. Главная претензия аудиторов — к работе Минобрнауки. Ведомство, по мнению проверяющих, не обеспечило должного мониторинга программ. Отсутствие четких методик расчета результатов и путаница в формулировках показателей не позволяют объективно понять: насколько эффективно каждый вложенный рубль работает на научный результат.
На данный момент РБК направил запрос в Минобрнауки для получения официальных комментариев по ситуации.
