Политический ландшафт Ирана претерпел радикальные изменения, и, по мнению американских спецслужб, последствия этого сдвига могут стать катастрофическими для глобальной безопасности. Как сообщает The New York Times, опираясь на данные разведки, новый верховный лидер страны Моджтаба Хаменеи демонстрирует куда более агрессивную позицию в вопросе создания ядерного арсенала, чем его предшественник.
История смены власти в Иране была трагичной и стремительной. Али Хаменеи, удерживавший бразды правления страной на протяжении почти 37 лет, погиб 28 февраля в результате авиаудара, нанесенного в ходе совместной операции США и Израиля. Смерть лидера вызвала в стране период глубокого траура, длившийся 40 дней, и последовавшую за ним смену политического курса. 8 марта пост верховного правителя официально занял его сын, Моджтаба.
Разница в подходах между отцом и сыном — это не просто вопрос преемственности, а вопрос фундаментальной стратегии. При жизни Али Хаменеи придерживался определенной сдержанности: в 2005 году он даже издал фетву, запрещающую использование ядерного оружия. Хотя западные страны долгое время обвиняли его в двойных стандартах, он не допускал открытого стремления к созданию бомбы. Моджтаба же, несмотря на отсутствие публичных деклараций, воспринимается Вашингтоном как лидер нового, более радикального правительства, чья конечная цель — именно ядерный статус.
Американские чиновники отмечают, что Тегеран уже начал предпринимать конкретные шаги по защите своей ядерной инфраструктуры. Несмотря на официальные заявления Вашингтона о том, что Иран не возобновлял активную фазу программы, факты говорят об обратном. В период перемирия и после массированных ударов США Иран начал укреплять свои объекты. По имеющимся данным, часть критически важных центрифуг была перевезена в защищенный подземный комплекс в центральной части страны.
Более того, амбиции нового лидера могут превзойти даже самые мрачные прогнозы. Если в конце президентского срока Джо Байдена американские эксперты допускали возможность создания Ираном примитивного устройства, подобного бомбам, сброшенным на Хиросиму, то сейчас опасения связаны с более серьезным уровнем угрозы. Спецслужбы полагают, что Моджтаба Хаменеи нацелен на разработку полноценной термоядерной боеголовки, способной быть установленной на ракеты большой дальности.
Ситуация осложняется тем, что режим перемирия фактически сопределен, и стороны продолжают обмениваться ударами. Статистика неумолима: к 22 июля американские военные наносили удары по иранской территории 11 ночей подряд. Дональд Трамп уже открыто заявляет о готовности расширить список целей для атак, включая энергетическую инфраструктуру и ключевые подземные ядерные объекты.
Поводом для такой жесткой риторики послужили данные, опубликованные The Wall Street Journal. Согласно разведданным, переданным Израилем США, прошлой осенью Иран провел масштабную операцию по перемещению центрифуг в туннели горы Коланг (известный в американских и израильских кругах под кодовым названием «Пикакс»).
Дональд Трамп занимает бескомпромиссную позицию:
«Никакого ядерного оружия. Все очень просто. Иран не может им обладать», — заявлял он весной.
Его стратегия строится на создании условий, при которых Тегеран будет лишен любой возможности — будь то закупка на черном рынке или собственная разработка — получить доступ к ядерным технологиям. Однако на фоне перемещения оборудования в глубокие подземные бункеры, вопрос остается открытым: удастся ли сдержать амбиции нового иранского режима.
Опубликовано: 25 июля 2026, 11:14 | Время чтения: 2 мин | Теги: сша, иран, разведка, ядерное оружие, моджтаба хаменеи
